Белорусская земля полна чудес и домов по $500 за штуку. Но такие варианты редко выставляют на продажу через интернет-сервисы. Их нужно искать через сельсоветы, разговаривать с людьми и оставлять записки в дверных ручках. Как выглядят эти экстремально дешевые дома, где находятся и сколько стоит их ремонт — на собственном примере рассказывает недавний минчанин Александр. 

Человек он непритязательный, к деревенскому укладу жизни привык с детства, поэтому не доводил свой дом до идеала, а сделал, как сам выражается, «косметический ремонт» меньше чем за $1000. В том, что получилось, живет уже 5 лет и совершенно счастлив.

Деревня с домами по $500

Несмотря на относительную близость к Минску (всего 60 км), деревня Ачижа Червенского района — место мрачноватое. С виду привычный белорусский агропейзаж: крашеные заборы, побеленные деревья. Но если заглянуть вглубь этой косметической стабильности, непременно нарвешься на испепеляющие взгляды прохожих и неработающие объекты социальной инфраструктуры.

Сама деревня Ачижа и вовсе безлика: стоит не в поле, не на лугу, не в лесу, а среди местности, которую в городе назвали бы пустырем. По этому пустырю разбросаны полтора десятка домов. Не избушки с резными наличниками и гнездом аиста на трубе, которыми залюбуешься, проезжая мимо, а грубые утилитарные строения. Многоквартирные двухэтажки в Ачиже стоят с заколоченными окнами, а заброшенные избы, как в чернобыльской зоне, просто закапывают.

Александр родился в Червенском районе и провел здесь юность. Разрухой его не испугаешь. Всю взрослую жизнь он прожил в Минске, работая строителем, но город с его бездельем просто осточертел, и мужчина решил вернуться к сельскому укладу жизни. В Червене у него остались родители, в минской квартире — взрослые дети. А сам он 5 лет назад купил в деревне Ачижа полуживой дом за $500, взял гектар земли в пользование и переехал вместе с супругой жить. В сельсовете предлагали 3 гектара, но семья решила не жадничать.

— Это не какая-то удача мне привалила, здесь просто ценник такой, — говорит Александр. — Дом под реконструкцию за $500 в этой деревне не редкость. Костя купил свой дом по такой же цене, сосед из Минска — тоже. Я здесь живу уже 5 лет. Многие заброшенные избы сельсовет просто снес и похоронил, потому что они вообще не были нужны своим хозяевам. Вот и в моем доме до меня 12 лет никто не жил. Так что $500 — обычная цена для этого места.

Сейчас единственный вариант, выставленный на продажу в деревне Ачижа, — дом за $2500. Восстановить его невозможно: он, словно карточный, сложился пополам. Но, по словам Александра, за $1000 в сельсовете можно купить 25 соток земли и не возиться с чужими развалинами.

Водоемов рядом с деревней нет, если не считать ручья за огородом. Но, несмотря на отсутствие мест отдыха и зон рекреации, дом Александра за $500 свою утилитарную функцию выполняет с лихвой: здесь у мужчины серьезное подсобное хозяйство, которое способно приносить хорошие деньги. Иногда хозяин ездит в Минск на заработки. В общем, крутится между малым бизнесом и наемным трудом и работает с утра до вечера, потому что иначе жить не привык.

— Я переехал сюда, чтобы работать на земле. Отдыхать — это в Минске. Приехал, лег на диван, ноги на стол и пульт в руки. Но мне хотелось работать. У меня родители из деревни, я все детство босиком у бабушек на грядках. А сейчас уже старость близко, хочется домик с окнами в сад, чтобы тихо, мирно и спокойно. Чтобы не приходилось 40 минут выезжать со двора, как в Минске.

«Балка сгнила — скрепил стяжками, пока стоит»

Пять лет назад, когда Александр купил свой дом за $500, в нем не было окон, потолок и пол провалились, печь разрушилась, участок зарос бурьяном. Но сруб был живой, 1962 года, без подсочки. С тех пор мужчина сделал в доме ремонт, который он называет косметическим: заменил пару листов шифера на крыше, починил потолок, пол, печь и вставил новые окна.

Дом Александра не имеет фундамента. Он стоит на камнях, вдавленных в землю под тяжестью сруба и десятилетий. Нижние венцы подгнили и лежат прямо на земле. Поэтому на зиму мужчина закрывает их утеплителем и присыпает песком.

Необходимости в срочном капитальном ремонте дома хозяин не видит, хотя со временем собирается преобразить его до неузнаваемости.

— До сих пор я потратил на ремонт меньше $1000. Что-то строить с нуля было бы на порядок дороже. Самое дорогое, что я сделал, — это стеклопакеты за $475. Переложил провалившийся пол в зале, сложил заново кирпичную печь, купил гомельские обои по 4 рубля за трубку. Где-то ламинат с объекта остался, где-то плитка. Я из этих остатков сделал крыльцо и пол в прихожей.

Печка вышла хорошая, раз в сутки топим даже в сильные морозы. Привез плитку, чтобы ее как-то окультурить. Купил ДВП и зашил потолок, чтобы песок сверху не сыпался. Одна потолочная балка сгнила — я бруски нарастил, скрепил стяжками, пока стоит. Пару листов шифера заменил, пол покрасил. А сруб живой, зачем его сносить?

Электричество пришлось тянуть заново, от столбов на улице. По деньгам это вышло недорого — где-то $150. Но в плане бюрократии — самая сложная часть. Сначала я поехал в Червень, написал заявление в службу «Одно окно». Потом мне в Борисове две недели делали проект, затем я заключил договор на установку электрической стойки, после этого развел электричество по дому, привез инспекцию из Минска, чтобы они мне написали заключение. И наконец, из Червеня приехала пожарная инспекция, чтобы принять работу.

У Александра громадье планов: залить новый фундамент, заменить нижние венцы дома, переложить кровлю, пробурить скважину, вкопать местную канализацию, провести удобства в дом, соорудить жилую пристройку 6×4 метра и гараж для авто.

— Размер дома по полу — 70 кв. метров. Сейчас здесь живу я и жена. Но летом приезжают дети, внуки, и для таких целей места в доме маловато. Поэтому я собираюсь его достроить, чтобы было больше 100 кв. метров жилой площади и гараж.

Заработок в деревне и в городе

Но личный комфорт у Александра далеко не на первом плане. До сих пор все свободные деньги он вкладывал в подсобное хозяйство: отдал 16 млн. неденоминированных рублей за программируемый инкубатор на 500 яиц, построил теплый сарай для выращивания цыплят, заказывает из Китая специальные лампы для все тех же цыплят и имеет неплохую прибыль от их разведения.

— В прошлом году я вырастил 450 индюков. Отдал 1200 рублей за яйца, $500 за комбикорм, ушло 370 кВт света. Продал, получил $2500 чистой прибыли за 4 месяца. Дал рекламу в районный вестник — даже пенсионеры звонили. Люди же у нас правильно питаться хотят. Каждый спросит: «Чем кормишь?»

Но сложнее всего было разработать гектар земли — на это понадобился целый год. Найти сельхозтехнику в Червенском районе оказалось очень проблематично. Местный агросервис ее не сдает, а во всем районе Александр нашел только одного частника с трактором и еще одного — с культиваторной фрезой.

— Сколько стоит аренда техники? Как с частником договоришься. У разных людей разные финансовые возможности, поэтому частник сам спрашивает: «Сколько дашь?»

Несмотря на деревенский уклад жизни, мужчина продолжает подрабатывать в Минске строителем-ремонтником. Сейчас, например, занимается отделкой квартиры общей площадью 179 кв. метров с 3,5-метровыми потолками в одном из престижных жилых комплексов Минска.

— Мимо денег дурень ходит. Где-то что-то заработалось — сюда вкинулось, отсюда вынулось — туда вкинулось. В этом году поступили достойные предложения по работе в Минске, и я начал ездить туда в командировки. Поэтому держу скромное поголовье кур, козу и свинью.

Пока Александр ездит на заработки в Минск, его родители живут в деревне и следят за хозяйством. Когда мужчина возвращается с подработки — отправляет стариков обратно в Червень.

Резервация минчан в деревне

Почти у всех односельчан Александра есть жилье в Минске, но некоторые из них живут в деревне круглый год и ездят в город только по необходимости.

— Раньше все в столицу ехали. А теперь чешут затылки: «Столица не покорилась — надо ехать назад в колхоз». Когда я сюда переехал, здесь была только одна жилая хата. С тех пор еще трое минчан перебрались сюда жить насовсем, только иногда ездят в Минск на подработки. Костя из столицы переехал, у него семеро детей, все парни. Оброс хозяйством, хлеб уже сам печет, даже мы у него покупаем. Еще одни минчане потихоньку строят здесь дом. Сначала все говорили, что далеко. А я спорил: 101 км от Сухарево — это же очень близко. Дачников здесь тоже хватает: есть пенсионеры из местных, которые зиму живут в Минске, а на лето приезжают в деревню. Есть минчанин, который работает на МТЗ и ездит сюда каждые выходные.

Новых жителей деревни Ачижа объединяет одно: никто из них не решился продать жилье в Минске или хотя бы пустить туда квартирантов. Видимо, дом за $500 хорош лишь в дополнение к столичной квартире, где можно, если понадобится, улечься на диван и взять в руки пульт от телевизора.

Источник